Вторник, 21.09.2021, 20:23
Приветствую Вас Гость | RSS
Форма входа
Категории раздела
Чувства, разум, совесть [15]
Душевная мотивация любви
Природная любовь(секс) [7]
Секс- стимул жизни
Загадки любви [6]
Школа любви от Казановы [7]
Выборки из книги Джованни Казанова. История моей жизни.
Адам и Єва [5]
Мужчина и Женщина
Как учились любить [3]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Если Вам понравился сайт, поддержите его копеечкой :)




E853043424077

R162738894553

U425591953736

Z874355839447

B120410501392
Дружим в соцсетях
Поиск
Друзья сайта

Учись, чтобы учить других!

Каталог файлов

Главная » Файлы » Искусство любви » Природная любовь(секс)

Дневник Мата Хари
[ Скачать с сервера (402.5 Kb) ] 03.11.2013, 19:36

Глава 6.

Питер

 

Мой муж счел такой путь добывания денег очень удобным, и поэтому я была вынуждена отдаваться еще несколько раз кому попало, чтобы, говоря словами Малеода, помочь ему нести финансовое бремя.

Однажды он буквально вынудил меня выплатить свой "долг чести" — капитан оказался абсолютно неисправимым картежником. Это были дни, когда он не вставал из-за картежного стола, чтобы пойти домой. С картами в руках он дневал и ночевал часто в соседнем борделе.

Прежде я получала лишь разовые задания, но на этот раз речь шла о долговременной сделке.

Мне предстояло посетить известного промышленника, чтобы своим телом погасить карточный долг. Он был огромный — свыше 3000 гульденов, — и не было никаких шансов, чтобы капитан смог когда-нибудь выплатить его. Этот визит имел для меня далеко идущие последствия, полностью изменившие мою жизнь.

— Нашему мужественному господину ван Боону ты очень нравишься, — наставлял меня муж, — настолько, что я убежден: эта богатая грязная свинья умышленно довела меня до такого состояния, когда пожертвуешь даже собственной хорошенькой женой. Ладно, он свое получит. Это легче, чем наскрести 3000 гульденов. Он их у меня не найдет, если даже поставит на голову и потрясет за ноги. На этот раз я ожидаю от тебя полной отдачи. В конце концов, это долг чести.

С этим напутствием я и отправилась к ван Боону. Горький опыт научил меня, что плакать бесполезно и каждое мое слово мольбы — напрасная трата времени.

Питер ван Боон был элегантный мужчина примерно сорока лет и очень привлекательный внешне. Если бы моя задача не была такой ужасной и если бы моя голова не была постоянно забита переживаниями, встреча с таким мужчиной могла бы быть очень приятной. Но я даже не думала, мог ли такой мужчина в других обстоятельствах вызвать во мне интерес.

Ван Боон принял меня вежливо и дружески, не замечая моего смущения. Он вел себя непринужденно, как будто мы были старыми друзьями. Я, конечно, знала о его большом успехе у женщин. Многие дамы города соперничали в борьбе за его внимание, и он был уверен, что и я в него влюблюсь, а моя скромность развеется от его чар. Моя репутация была безупречна, и в городе говорили, что восхитительную красоту жены капитана Маклеода превосходит лишь ее целомудрие. Они не догадывались о тех ужасных унижениях, которым я подвергалась со стороны дружков мужа по картежным играм.

— Мадам, надеюсь, вы позволите мне разделить вашу компанию. И я хочу, чтобы вы знали: уже давно я ваш тайный поклонник, а ваш визит доставляет мне величайшее удовольствие, — такими словами встретил меня рассыпавшийся в любезностях ван Боон.

Я старалась сохранять спокойствие, но не могла не поинтересоваться, знает ли он, что мне пришлось нанести этот визит только по настоянию мужа, задолжавшего 3000 гульденов.

— Но, мадам, как вы могли -воскликнул он. — Признаюсь, я хотел встретиться с вами здесь, в моем доме, просто вдвоем в этих четырех стенах, но я был бы глубоко обижен, если бы истолковали мое восхищение вами как недостаточное уважение к вам, а мое желание побыть с вами — как нечто большее, чем простое знакомство.

— Как я понимаю, вы хотите… я имею в виду картежный долг моего мужа…- слова застревали у меня в горле. Снова унижаться, снова просить?

— Да, кое-что он мне должен. Но, поверьте мне, я воспользовался этим только как предлогом встретиться с вами. Вы самая красивая женщина из всех, кого я когда-либо Эр видел. И прошу вас верить мне, что я не буду злоупотреблять вашим положением. Я ни к чему вас не принуждаю. Да, я желаю вас всем сердцем, я очарован вашей красотой. Весь ваш вид, эти черные волосы, очаровательное экзотическое своеобразие вашей шелковой кожи, ваши красивые глаза, ваши божественные губы и эти чудесные руки — нет, позвольте мне вами восхищаться, не пытайтесь отвернуться, я хочу вас понять. Вы красивее всех женщин, вы просто сводите меня с ума Но я не хочу вас пугать. Я хочу вашей дружбы, вашей любви — дай бог — но на своих условиях: я хочу понравиться вам своим преклонением и полной преданностью. Никогда еще со мной так не говорил мужчина. Я не знала, что со мной происходит. Этот очаровательный человек, привыкший покорять любую женщину, — действительно ли он говорит правду? Или это просто замаскированное желание не прощать долг? Но когда он подал мне расписку о его получении со словами: "Вот это, очевидно, то, чего вы хотите", — и начал помогать мне надевать пальто, я поняла, что он говорит правду. Я очень хотела поблагодарить его как можно теплее, выразив ему свою сердечную признательность за его щедрость. Я спросила моего благодетеля, моту ли я побыть у него еще немного. Его глаза просияли, и стало ясно, что моя просьба его очень обрадовала. Когда я ушла несколько часов спустя, я поняла, что значит любить.

Я была на седьмом небе и не могла сдержать счастливых слез.

Этот мужчина сразу и всецело завладел мной, и я чувствовала, что его поцелуи и нежные объятия сделали меня настоящей женщиной. Я забыла о страданиях, причиненных мне замужней жизнью, о многих мужчинах, подвергавших меня унижениям по прихоти мужа, и впервые в жизни я была по-настоящему счастлива, весела и жизнерадостна. Короче говоря, я была вне себя от любви. Этот мужчина меня пробудил, показал мне, что такое любовь и что любовь без физического наслаждения — это нелепость.

Его объятия искоренили все сомнительное, грязное и неприличное, что давно уже переполняло мою душу; его поцелуи были такими божественными, что облагородили все грязное и животное, что я испытала в близости с другими мужчинами. Но как все это произошло? Мы пили чаи и разговаривали как старые друзья. Я чувствовала себя непринужденно и была счастлива от мысли о том, что унизительное свидание превратилось в сказку. Я поняла что Питер был очень великодушен, но в то время я не была достаточно опытной, чтобы осознать, каких усилий стоило ему выпустить легкую добычу.

Я позволила ему поцеловать мне руку. Он нежно ее гладил, и я была удивлена эмоциями, вызываемыми этим прикосновением. После нескольких рюмок вина я чувствовала себя легко и счастливо. Часы на камине заиграли нежную мелодию, и я до сих пор не понимаю, как и почему у меня появилось желание встать и сделать несколько танцевальных па. Питер бурно зааплодировал и попросил меня продолжить. Когда я, смеясь, отказалась, он тоже встал и начал вальсировать со мной по комнате. Мы танцевали, пока у меня не закружилась голова.

Вот тогда он и поцеловал меня в губы. Это был нежный бесконечно сладкий первый поцелуй… Сколько их было потом — и не помню. Во всяком случае, чуткие пальцы

Питера, его гипнотические ласки, необыкновенно нежные прикосновения сводили меня с ума.

Потом мы очутились на диване в углу, впившись губами друг в друга. Мир для нас перестал существовать. Это было как во сне, когда руки Питера нежно и осторожно снимали с меня одежду. Я лишь помню, что, чем холоднее было моей коже, тем горячее становились его поцелуи. Они покрыли меня, как самый тонкий мех, они поглотили меня, как летний дождь, я ощущала нежное прикосновение губ по всему телу, которое жаждало этих поцелуев, как иссушенная зноем пустыня жаждет спасительной влаги.

Я чувствовала их везде. Они захлестнули все мое тело, так что казалось, что все оно соткано из этих жарких, страстных поцелуев; они осыпали мои груди, струились подмышки, скользили по моим бедрам, обжигали нежную плоть между ног. Питер давно перестал меня раздевать, и его руки ласкали меня беспрерывно и так нежно и нерешительно, что я решила, будто снова сплелась со своей дорогой Генриеттой. Эти нежные руки ласкали мои плечи, спину, груди, его губы пробовали другие части тела, руки соскользнули к моим бедрам, забрались под ягодицы и начали массировать, подталкивать, подтягивать и сдавливать их, пока меня не переполнило опьяняющее чувство экстаза.

Не могу вспомнить, как я внезапно ощутила голое тело Питера. Я не заметила, что он разделся. Должно быть, он сделал это с ловкостью акробата, потому что его ласкающие руки ни на минуту не оставляли мое тело. Но вдруг две сильные мужские ноги, прохладные и твердые, как мрамор, обвились вокруг моего тела, расслабились и медленно раздвинули мои чудесные длинные ноги танцовщицы, как позднее назвал их Питер. Его мускулистый торс прижался к моей упругой, чуткой к ласкам груди. Как это было прекрасно Это странное мужское тело, оно пахло сильно, пикантно и по-новому — совсем не так, как тело моего мужа, с которым я так долго жила. И это действовало так возбуждающе Разве этот мужчина сильно отличался от других? Почему же ни один мужчина меня так сильно не возбуждал? Может быть, Питер был исключительно красив или в самом деле от восхитительного запаха его тела я потеряла рассудок? А может, меня покорила сила его рук? О, как я чувствовала эту силу, которая совсем не делала мне больно Я ничего подобного не испытывала за всю свою жизнь.

И снова его губы впились в мои. Вначале я едва заметила давление его языка; и я не могла противиться, позволив ему влезть между моих губ, исследовать рот и дразнить мой язык. Я вскоре поняла, что эта игра — приглашение, призыв к взаимности. Я ответила. Эффект был поразительным.

Его любовные ласки утроились, а поцелуи перешли в нежные укусы. Он сосал мои губы и язык, как будто хотел проглотить их. Он лежал на мне, и я чувствовала приятную тяжесть. С минуту он отдыхал, как будто набираясь сил, затем начал как бы проникать своим телом в мое, вначале медленно, почти нерешительно, но так сильно, что я чуть не вскрикнула.

Теперь я смогла ощутить твердость его копья, которое обосновалось прямо между моих ног.

Дыхание Питера усилилось, а его голос стал хриплым от волнения, когда он спросил:

— Любишь ли ты меня хоть немножко, моя сладкая, хочешь ли ты сделать меня очень-очень счастливым? У меня не было выбора и я ответила:

— Да, я люблю тебя, делай со мной все, что хочешь, я твоя, возьми меня полностью.

— Любимая, мне так стыдно… я… я… о … потом, потом я тебе скажу… я так сейчас счастлив… я так тебя люблю

Когда он шептал эти слова, которые так сладко звучали для меня, его горячий, упругий, нервно подрагивающий стебель медленно и осторожно двигался между моих широко раздвинутых бедер, пока, наконец, не коснулся моего священного места. Как будто попробовав его на вкус, этот сладкий стебель спокойно и уверенно вошел в меня. Сделал он это без труда, путь был хорошо подготовлен; искусные ласки Питера, его нежность привели меня в такое настроение, что иного и быть не могло. Я вся утонула в его любви.

Руки Питера скользнули под меня и крепко обхватили моя ягодицы. Он держал меня сильными руками, в то время как стрела его любви глубоко проникла в мой грот. И когда он медленно двигался вверх-вниз тщательно выверенными толчками, которые хотя и не опустошали меня, но заставляли содрогаться, как от ударов тока, я поняла, что такое экстаз. Его могучее копье пронзало меня, как стрела Купидона. И когда Питер выходил из меня, я вся дрожала в ожидании его возвращения. Я боялась, что он уйдет навсегда, вместо того чтобы подготовиться к другому прыжку…

Это захватывающее движение запечатлелось в моей памяти и осталось навечно. В спокойном и поступательном ритме, величественном шествии его поистине королевского скипетра было нечто уверенное, сильное — можно сказать, Питер имел меня по-королевски. Я вздыхала и стонала, никогда не испытывая чего-либо подобного, я хотела кричать от наслаждения.

Я была горда, что доставляю Питеру наслаждение, в этом не было сомнения, потому что он стонал так же сладострастно, как и я. Он не произносил любовные слова, его стоны и мычание напоминали зов большого истосковавшегося по любви медведя и убеждали меня, что он в таком же полубессознательном состоянии, как и я. Каждый раз, когда его сильный, раздавшийся вширь инструмент (у меня создалось четкое представление, что как только он внедрился в меня, он стал больше и тверже) глубоко погружался в конвульсивно сжимающееся отверстие, Питер сладострастно стонал, и я спешила ему на помощь.

Хотя эти сильные толчки следовали один за другим, каждый вызывал приятную дрожь во всем теле. Это был апогей невиданного наслаждения. Не может быть, чтобы на земле существовало что-то более захватывающее и незабываемое, чем то, как любил меня Питер.

Его глаза сверкали надо мной, как звезды, и их небесное сияние показывало мне, что он так же счастлив, как и я. — О, любимая, выдержишь ли ты — я пытаю тебя своим знаком любви… я умру на тебе… позволь мне умереть в твоих объятиях…

Его нежные слова подтверждались сильными толчками, которые сотрясали мое тело. Он мог бы избивать меня, ходить по мне — я бы сочла это за высшее наслаждение. Этому мужчине я была больше, чем жена,- он был Богом и хозяином моего тела, потому что завладел моей душой…

— Любимая… моя единственная настоящая любовь… ты тоже любишь меня? (Его сильное, твердое, как мрамор, тело беспрерывно ударялось о меня). Ты даешь мне… подлинное наслаждение… я… никогда… не смогу… жить… без тебя

— Мой любимый Питер… ты моя единственная любовь… и я хочу быть твоей навсегда… только помани меня пальцем… и я сразу брошусь тебе на шею

— О, моя богиня… я вне себя от счастья… Заметила, я от тебя весь в огне? Мои силы удваиваются… я больше… не могу… я кончаю- Я почувствовала, как его мощное копье глубоко вонзилось в меня. Вдруг меня прошила пульсирующая струя, такая горячая, что я испугалась, что она меня прожжет. В тот же момент я тоже достигла конечной точки. Все завершилось. Обессиленные, мы откинулись на подушки.

Позднее, когда мы отдохнули, наши губы снова нашли друг друга. Наши поцелуи были более сильными и чистыми, чем до этого, так как нас не отвлекали ни волнение, ни другие иллюзии. Казалось, мы состоим лишь из ртов, ищущих друг друга и пробующих мед из наших губ. Мы сидели, сплетясь в объятии, и целовались, целовались, целовались без конца.

Казалось, мы хотели целоваться вечно, чтобы наверстать упущенное, когда не были вместе. Наши языки глубоко проникли в страстно открытые рты. Питер был очень красивый, особенно когда смеялся. Я его щекотала, чтобы он громче смеялся. Некоторое время спустя мы затеяли игру на диване, как шаловливые дети. Я особенно осмелела и вскочила на него, прижав его руки к торсу своими бедрами. Теперь я наказывала беспомощного мужчину.

Я нагнулась, чтобы потрепать ему волосы, а он этим воспользовался и схватил губами сосок моей груди. Я шутя начала бить его по лицу своими грудями — мне эта игра понравилась. Он лежал, тяжело дыша, а потом сел, отодвинув меня.

— Что, бесенок, думаешь, я это выдержу, сладчайшая из всех дьяволов? Ты сводишь меня с ума. Посмотри, что ты наделала своими сладкими грудями — И он показал на свой поднимающийся стебель.

Боже, как взвился он вверх Я была очарована и не смогла не коснуться его. Тут же по его телу пробежала дрожь, и он обхватил меня руками.

— Я не могу вытерпеть, когда ты его берешь. Я больше не могу играть в эту игру, я слишком возбужден, дай я быстро войду в тебя. Иначе умру

Я легла ему на грудь. Одной рукой он крепко обнял меня, а другой пытался за моей спиной протолкнуть в меня свой стебель, уже превратившийся в ствол. Я ему помогала, извиваясь всем телом и пытаясь вслепую найти эту дубинку. Наконец ему удалось войти в мое тело. Должна признаться, я помогала ему руками. Мой страх, что Питер выскользнет или не найдет моей щели, был очень велик. А стыд? Я этого не чувствовала, мы стали слишком близкими.

Теперь мой возлюбленный снова начал вонзаться в меня. И после первых толчков у меня было такое впечатление, будто он проник в меня глубже, чем в первый раз.

Любой другой мужчина замучил бы меня до смерти, но я знала, что энергия и сила Питера были его знаком любви ко мне, и его почти животная страсть доказывала, что я, а вернее, прелести моего тела доводили его плоть до бешенства. Это была чистая страсть, жеребец в этом мужчине полностью овладел им.

Его мощные удары оживили бы мертвую, И овладевшее мной чувство полного счастья заставило забыть все. Я вся стала предметом этого наслаждения, и только одна благодарная мысль блуждала в моем уме: Питер овладевает мной с бешеной страстью, на которую способен только мужчина, влюбленный до предела. Эта сладкая мысль исторгала из меня буйные восклицания и страстные признания. Забыв обо всем, я визжала:

— Ой, ты просто чудо… какие чудесные толчки… давай чуть побыстрей… Да Вот так Любимый, е… меня крепче …твой х… вкусный… я умру в твоих объятиях… хочу всегда тобой наслаждаться… всегда меня так е… теперь я знаю, что такое хорошая е… Я несла все, что приходило в голову, потому что чувствовала, знала: Питер имеет меня, как никто и никогда ни одну женщину. Я была одержима желанием: чтобы у него хватило сил довести до конца наш бесконечный любовный поединок. Мысль о том, что нечеловеческая сила этих мощных толчков уменьшится или иссякнет, были просто невыносимой.

Мои дикие вскрики придавали Питеру еще больше страсти, и при каждом произносимом мной грязном слове его удары становились все сильнее. Судя по тому, как он поскрипывал зубами и дрожал, мои изречения делали его тоже одержимым. И он тоже перестал стесняться в выборе слов:

— О, любимая, ты действительно считаешь, что я тебя могу е… как ты хочешь? Пусть мой х… будет в два раза больше и толще… ты этого хочешь? Ты хочешь х… величиной с руку… одного мужчины тебе мало… но я хочу пригвоздить тебя… это божественно.. как вкусно.. у тебя фантастическая ж… ты моя сладкая Единственная

Все барьеры рухнули. Наполненные безграничным желанием, отдаваясь ему безо всякого стыда, осознавая, что это полная капитуляция перед сладострастными инстинктами, что это полное презрение к границам приличия, мы сами усиливали наше наслаждение.

Я употребляла самые грязные выражения, которые приходили мне в голову, не зная, где я их почерпнула. Обычная проститутка — и та не удосужилась бы употреблять такие слова, но для нас они стали перцем, которым мы приправляли свою роскошную еду:

— Да, е…, е…, е… меня, всей своей силой… крепче — быстрее… я хочу ощущать твой х…, пусть он меня всю разорвет… а-а-а вот так.. ты е… как бык… ты знаешь, как это делать со мной… мой муж — глупая собака… он не может е… меня, как ты… ненавижу этого ублюдка… любимый Е…, е…, е… меня… никогда меня не бросай… сильнее …толкай его глубже.. ты что, устал? …давай, давай, е… меня крепче, быстрее, глубже… ой, я кончаю, а-а-а

Я почувствовала, что теряю сознание. Казалось, все вокруг плывет, мои руки и ноги, как чужие, в горле все пересохло. У меня едва хватило сил попросить стакан воды. Потом на меня опустился тяжелый туман — Питер, мужчина, которого я полюбила до самозабвения, был единственной настоящей любовью во всей моей жизни. Я об этом никогда не жалела, и он был лучом солнца в моей жизни. Я была искренне благодарна своему мужу за то, что он свел меня с Питером.

Если бы я могла предвидеть, что мне предстояло перенести в Ист-Индии, я никогда бы не последовала за мужем, когда его перевели на этот таинственный остров. Начальство больше не могло терпеть его поведение, и его поставили перед выбором: либо увольнение с позором, либо служба в гарнизоне в особенно опасной и нездоровой колонии. Как я уже сказала, если бы я знала, что меня ждет, я бы совершила самоубийство. И, конечно, я не знала, что навеки потеряю своего возлюбленного.

Когда перед отъездом у нас было особенно нежное свидание, Питер сказал мне: "Я поеду за тобой. Но сначала мне надо привести в порядок дела в Голландии". Три месяца спустя его не стало: он упал с лошади и разбился насмерть.

С его смертью я потеряла все, что давало мне силы терпеть брак с Маклеодом. Питер был самым идеальным любовником для любой женщины, и именно он подсказал мне идею стать танцовщицей.

Вначале он попросил меня пройтись по комнате либо голой, либо — а это его особенно возбуждало — в задранной к талии юбке. Я была рада исполнить его желание.

— Твои ноги танцовщицы преследуют меня день и ночь, часто говорил он мне и не успокоился, пока, наконец, не получил у меня разрешение запечатлеть их на картине. Для этой цели он пригласил в наш город известного парижского художника — с большими расходами для себя… "Мне нужен этот портрет, — однажды сказал он.- Я всегда хочу видеть твои ножки перед собой". Ему сделали много изображений моих ног, одно из них в натуральную величину. В верхней части картины были изображены моя нижняя юбка и шелковая рубашка, которые я приподняла руками; тонкие кружева трусов выглядывали из-под моей юбки. Художник изобразил мои ноги в красивых черных чулках с вышивкой, которые плотно облегали икры и тонкие лодыжки. Поза, которую я приняла перед художником, очень меня смущала. В конце концов, он был мне совершенно чужой. Поза была до-вольно соблазнительной: я стояла, как настоящая танцовщица, собирающаяся высоко подбросить ногу в канкане. Питеру никогда не надоедало любоваться этой картиной. Иногда я просто ревновала своего возлюбленного к ней и пыталась отвлечь его внимание от нарисованной Маргареты. Я становилась перед ней, поднимала юбку, потом. Потом случалось то, чего я хотела… Живая плоть побеждала.

Какие счастливые это были дни

Мой любимый Питер позаботился также и о том, чтобы я тайно посещала уроки танцев. И поскольку у него был тонкий художественный вкус, он сам рисовал мне костюмы, чтобы они точно соответствовали моей экзотической внешности. "Ты типичная баядерка, говорил он мне.- Я закажу церемониальное платье на Яве, настоящее священное ритуальное платье с драгоценными камнями". Так он меня любил.

Питер всегда называл меня Яли, своей маленькой индийской девочкой, и давал мне книги, открывавшие секреты этой чудесной, таинственной страны. Питер вернул меня к жизни. Я была поистине его созданием, и он предвидел все, что делала я после его смерти. 

 

Категория: Природная любовь(секс) | Добавил: sergqy | Теги: Мата Хари, СТРАСТЬ, чувственность, наслаждение, благородство, секс
Просмотров: 1379 | Загрузок: 202 | Комментарии: 3 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright Цокол Сергей Александрович © 2021 Конструктор сайтов - uCoz